Однажды я читал вслух пушкинскую «Полтаву» — и поймал себя на том, что язык несётся, не успевая за глазами:
Швед, русский — колет, рубит, режет. Бой барабанный, клики, скрежет, Гром пушек, топот, ржанье, стон…
Три глагола подряд, ни одного союза, три запятых — и всё слилось в один клубок, где нет ни пауз, ни передышки. А потом я открыл «Я помню чудное мгновенье» — и наткнулся на строки, устроенные ровно наоборот:
И божество, и вдохновенье, И жизнь, и слёзы, и любовь.
Пять союзов на две строки; а если прочесть последнюю строфу целиком, «и» наберётся семь. Это и есть полисиндетон и асиндетон — две фигуры, которые делают с фразой противоположное: одна накачивает её союзами, другая выбрасывает их вон.
Что значит имя
Оба слова — греческие близнецы, выросшие из одного корня: συνδέω, «связывать вместе». Общая часть — συνδετόν, «связанное»; от того же корня и σύνδεσμος, «связь, союз» — так греческие грамматики назвали служебную часть речи. Приставка πολυ- («много») даёт πολυσύνδετον, «многосвязное», а отрицательная ἀ- превращает его в ἀσύνδετον — «несвязанное». Русские названия — кальки: многосоюзие и бессоюзие.
Было у асиндетона и второе имя: Квинтилиан называет эту фигуру dissolutio — «развязывание». Метафора честная: у фразы как будто распустили швы, и она поехала.
Бессоюзие: разгон
Асиндетон — это стремительность. В русском перечислении запятая делает почти ту же работу, что «и», поэтому фигура заметна не в любом списке, а там, где пропуск союза ощущается как рывок.
Цезарево «Veni, vidi, vici» — «Пришёл, увидел, победил» — три удара без единой связки. Фраза не рассказывает о времени, она его сплющивает: между победами не остаётся ни минуты.
Сравним с обычным списком: «на столе лежали яблоки, груши, сливы». Союза тоже нет, а фигуры нет — это нормальный перечень, и «и» перед последним словом ему не требуется. Всё меняется, если союз всё-таки поставить: «яблоки, груши и сливы» — список закрылся, дыхание выровнялось, гонка кончилась. Асиндетон там, где связку было бы естественно вставить — и от неё отказались нарочно.
Многосоюзие: тормоз и накопление
Полисиндетон действует наоборот: каждый союз — ступенька. Фраза не летит, а поднимается, и читатель слышит её тяжесть.
Реклама, где «и для кухни, и для дачи, и для всей семьи», устроена именно так: повторы не дают проскочить и заставляют разворачивать каждый пункт отдельно. Или жалоба: «Он и опоздал, и всё забыл, и обвинил меня». Это не перечень, это накопление обиды, где каждое «и» — очередной камень на чашу.
У многосоюзия есть и негативный двойник — «ни… ни…»: «Ни дома, ни улицы, ни неба». Та же накачка, только со знаком минус.
Как это услышать
Спутать асиндетон проще всего с обычным списком: в русском запятая сама работает молчаливым союзом, и отличить фигуру от грамматики удаётся только на слух. Есть и обратный случай: повторяющееся «и» в устойчивых сочетаниях вроде «и так и сяк» — это уже словарь, а не риторика.
Зато хорошо слышно, когда обе фигуры стоят рядом. У Пушкина в той же «Полтаве» бессоюзная лавина — «Бой барабанный, клики, скрежет, / Гром пушек, топот, ржанье, стон» — обрывается строкой с союзами: «И смерть и ад со всех сторон». Асиндетон — там, где нужен удар; полисиндетон — там, где нужна длительность.
Стоит прочитать абзац вслух и посчитать союзы не по смыслу, а по звуку. Если «и» больше, чем требует грамматика, и фраза от этого вязнет — это многосоюзие: оно тормозит и добавляет веса. Если там, где ухо ждёт связки, стоит запятая и больше ничего, — это бессоюзие: оно разгоняет.
Удобнее всего мерить дыханием. Если на одном перечислении воздух кончился — союзы были выброшены. Если приходится добирать его перед каждым «и» — их нарочно насадили слишком много.